Под столом никого нет

Поле было шесть лет, и она любила, когда всё на своих местах. В её комнате карандаши лежали по цветам, а игрушки — по росту. Дома пахло пирогом, а в гостиной уже висели гирлянды. Скоро день рождения — самый важный день в году.

Целый год Поля рисовала план праздника в тетради. Она решила, кто сидит рядом с кем, когда будет торт, какие игры и в каком порядке. Список гостей она проверяла перед сном. Всё должно было случиться именно так, как она придумала.

Наконец настал тот самый день. Гостиная сияла шарами и гирляндами, длинный стол ломился от угощений. Во главе стола ждал стул с большим бантом — для именинницы. Поля стояла рядом, взволнованная и счастливая, и улыбалась своему плану.

По плану гости должны были прийти ровно в четыре. Но часы показывали половину пятого, а дверь всё молчала. Поля смотрела на пустые стулья и на свой список в руке. Первый пункт плана тихонько треснул.

Наконец гости пришли, шумные и весёлые. Двоюродный брат Тимка первым схватил подарки и разорвал бумагу в один миг — ему не терпелось увидеть, что внутри. А Поля так и не успела развернуть их сама, как мечтала целый год.

Настало время игр — но всё перепуталось. Вместо «жмурок» кто-то начал «ручеёк», а призы раздали не по очереди. Поля пыталась объяснить, как должно быть по плану, но её слова тонули в смехе и топоте ног гостей.

Торт должен был появиться после игр, с песней и свечками. Но его вынесли прямо посреди беготни, когда никто даже не смотрел. Поля растерянно глядела, как несут её любимый торт не в тот момент, который она так долго представляла.

А потом лопнул шарик — самый большой, розовый, главный шарик её плана. Хлопок прозвучал громко, гости засмеялись и побежали дальше играть. Поля стояла посреди комнаты и чувствовала, что праздник продолжается — но уже без неё.

Никто не заметил, как Поля тихо отошла к столу и юркнула под длинную скатерть. Она обхватила коленки и сидела не шевелясь. Там было прохладно и пахло мандаринами, а наверху смеялись и топали — её собственный день рождения шёл дальше сам, без неё.

Скатерть вдруг приподнялась, и в темноту заглянул папа с двумя кусочками торта на тарелке. Он сел рядом на пол и сказал, что в свои шесть лет сам прятался в шкафу от гостей. Оказалось, так бывает не только у неё.

Папа не звал её обратно и не говорил, что нужно веселиться. Он просто сидел рядом, ел торт и молчал, когда молчалось. Под скатертью было тихо и спокойно, и от этого на душе у Поли становилось теплее.

Через минуту Поля выглянула наружу и подумала, что свечи задувать сверху всё-таки удобнее. Она вылезла, села во главе стола и набрала побольше воздуха. Двенадцать глаз смотрели на неё, и шесть свечек ждали.